Мои специализации сейчас — адаптация в эмиграции, тревога, депрессия и прохождение жизненных кризисов. Ко мне иногда обращаются, чтобы улучшить контакт с собственным телом, добавить больше жизни в жизнь и пройти что-то важное, что не решается в разговорной терапии, через телесный опыт. Профессиональные кризисы и задачи попадают в категорию коучинга, и я тоже с ними работаю.

Я работаю в relational гештальт- и ориентированном на движении подходе.

Важные аспекты моего подхода

Встречи проходят онлайн или в кабинете в Лиссабоне, на русском или английском. Решиться на долгосрочную терапию иногда непросто, поэтому на первом вводном звонке мы можем начать узнавать друг друга и формулировать запрос на терапию или коучинг, договориться о периодичности и длительности работы.

Ниже я напишу о частых вопросах при обращении в терапию и немного о связанных с ней мифах.

С чем можно прийти в терапию?

Не существует правильного запроса. Иногда люди приходят, чтобы справиться с эмиграцией и найти себя, чтобы лучше спать, перестать бояться разговаривать на другом языке, вставать с желанием жить по утрам, с желанием построить семью, не срываться на детей, отстаивать границы на работе, когда ничего не радует и не трогает, когда не можешь унять внутреннего критика, когда есть ощущение, что всё рассыпается и жизнь никогда не станет лучше. Иногда запросы совсем не формулируются, но есть боль, неудобство или просто желание сделать свою жизнь лучше. Отсутствие чёткого запроса — это нормально. Вообще в терапии мы очень уязвимы: прийти к незнакомому человеку и рассказывать свои потаённые, сложные, часто стыдные чувства — это сам по себе акт доверия. Иногда в это очень сложно пойти и сложно сформулировать проблему. Но если желание поддержки есть, а запрос не формулируется, он формируется динамически в сессиях.

Поиск своего: какой подход выбрать и что на самом деле важно?

Сейчас в терапии очень много разных направлений, и примерно каждое заявляется как самое лучшее, самое доказательное, решающее те или иные проблемы. Подходы отражают разные школы, которые по-разному мыслят о том, как устроен человеческий опыт, в чём заключается проблема и как её решать. Но кроме этого разные подходы и методологии — это бизнес, который должен продаваться, и поэтому терапия, став массовым продуктом, стала давать всё больше и больше обещаний.
Так вот, мета анализы и в терапии, и в коучинге показывают, что большее влияние на результат оказывает рабочий (терапевтический или коучинговый) альянс — то есть доверие клиента и терапевта друг к другу, возможность быть уязвимым и открываться в диалоге, возможность честно говорить о целях и задачах и понимать, что вы идёте к ним в тандеме. То есть качество контакта важнее метода. К тому же большинство терапевтов используют несколько подходов.

Получается, надо искать не метод, а человека, с которым получается говорить о важном, с кем чувствуешь себя услышанным и на одной волне. При этом терапевтический альянс — это не константа, а отношения: в них может быть притирка, очарование и разочарование, фрустрация и раздражение, снижение доверия. Прохождение таких кризисов часто способствует переходу в терапии на другой уровень доверия. Собственно, в гештальте сам контакт клиента и терапевта становится местом для проб и ошибок, где можно учиться выстраиванию отношений.

Что такое relational гештальт и соматический подход?

Если всё-таки говорить о подходе: гештальт-подход сформировала феноменология — философское движение, появившееся в XIX веке, которое означало возвращение к сути вещей и непосредственному опыту человека. В терапии это, наверное, первое, что отличает гештальт, — попытка не диагностировать и формировать суждение, а сначала узнать, как устроен опыт человека в этой проблеме. А relational аспект означает, что ситуация говорит нам что-то не только о человеке, но и о том, как устроен его контакт с другими или взаимодействие с миром.

Я также работаю с движением и телом — и это про внимание к телесному опыту. Любое движение, включая дыхание, походку, позу и осанку, микродвижения рук и глаз во время встречи, является частью нашего опыта, которая несёт в себе знание о нас и о контексте. На встречах мы учимся обращать внимание на это знание и пытаемся найти ему вербальную форму. То есть соматическая сессия не означает, что терапевт предлагает клиенту потанцевать или объясняет, что боль в коленке связана с непроработанной травмой отвержения :) — а означает внимание и интерес к телесному знанию клиента. Иногда, если клиенту интересно, возможны небольшие эксперименты, связанные с осознаванием тела или движением.

Терапевты и философы, которые меня вдохновляют:
Гордон Уиллер, Руэлла Франк, Хелена Каллнер, Жан-Мари Робин, философы Мерло-Понти и Максин Шитс-Джонстон.

Всегда ли после терапии хорошо и радостно?

Но при этом терапия чаще ощущается облегчением, и даже столкновение с неприглядной реальностью и кризисом становится чем-то, с чем возможно справиться. Изменения в терапии чаще случаются не за один день и не благодаря какому-то яркому событию, а незаметно и постепенно — иногда это пара шагов вперёд и шаг назад.

Популярная психология создала определённый язык ожиданий от терапии — «проработанный» или «оттерапевтированный» человек или проблема, исцеление травмы и прочее. Ещё есть ожидание, что каждую терапевтическую сессию сопровождает эмоциональный инсайт, который помогает посмотреть на ситуацию по-другому. Такое бывает, но не всегда. Терапия — это работа над изменениями, иногда над перестройкой очень глубоких и прочных паттернов. В сессиях есть место и яркому моменту осознавания, и фрустрации, и столкновению с реальностью, которое не всегда радостно и позитивно.

Что же тогда даёт терапия?

В целом терапия улучшает качество жизни при примерно одинаковых условиях.
Одна проблема — в 2026 году, когда я это пишу, условия не радуют: человечество явно проходит кризис, и когда это закончится, предсказать невозможно. Но что можно сказать точно, что даёт терапия вне зависимости от запроса?
Выдерживание неопределённости мира и других людей. Опору на себя, на самые простые вещи — тело, дыхание, рутина, расслабление; уходит ощущение постоянно выдернутого коврика из-под ног, появляется ощущение, что человек не один. Терапия не учит выдерживать всё в одиночку, а помогает выстраивать поддержку через окружение, близких и комьюнити. И в целом — это повышение осознанности в том, что происходит, и как следствие, терапия помогает делать выбор: поступать привычно, как было автоматически, или по-новому.
\
5.000₽ / 50€

Форматы

сессии в долгосрочной терапии

Длительность

Длительность и периодичность зависят от запроса и качества терапевтического альянса. Нет ничего плохого в том, чтобы сходить к терапевту несколько раз, или, наоборот, посещать годами. Разные запросы решаются разной длительностью, часто в процессе они сами меняются.

Стоимость

Если вам интересно, можно созвониться онлайн минут на 15 — познакомиться и решить про формат работы (коучинг или терапия, онлайн или офлайн, периодичность и прочее). На встрече или через форму можно задать интересующие вопросы.

По формату онлайн или офлайн-терапии тоже нет особой разницы. Это разная среда, но работа в разговорной или двигательной терапии доступна и там, и там.
Сейчас у меня часть клиентов работает в смешанном формате: по возможности мы пересекаемся лично, остальное время — онлайн.

Также можете написать мне в Телеграм @renatoska
Я свяжусь с вами в течение одного рабочего дня — проверяйте, пожалуйста, папку со спамом, письмо придёт с почты me@renata-gizatulina.com

Материалы

    Рената Гизатулина
    Я свяжусь с вами в течение одного рабочего дня — проверяйте, пожалуйста, папку со спамом, письмо придёт с почты me@renata-gizatulina.com
    Также можете написать мне в Телеграм @renatoska